Институт Организации Времени -

Наше прошедшее следует за нами постоянно.
Все, что мы услышали, обдумали, желали с
самого детства, склоняется над настоящим,
впитывающим в себя прошлое, которое так
и бьется в двери нашего сознания.
Анри Бергсон

Среди философов, которые в своем творчестве уделяли значительное внимание проблеме времени, А.Бергсон (1859-1941) занимает особое место.

А.Бергсон показал, что поток времени, его длительность можно сопоставить как с клубком ниток, так и с ожерельем. В одном случае все моменты времени оказываются неразрывно связанными друг с другом (клубок ниток), в другом (ожерелье) – моменты времени обладают относительной самостоятельностью, их можно сосчитать.
Клубок ниток – это специфическая модель такого метрического свойства времени, как длительность. Нитку клубка можно вытянуть, расположить ее вдоль прямой линии и измерить ее протяженность. Саму длительность, ее метрику можно выразить в тех или иных единицах.

Сознанию дано непосредственно уловить незавершенную текучесть времени. Длительность означает, что я живу настоящим с памятью о прошлом и в предвосхищении будущего. Вне сознания прошлого нет, а будущее не настанет. Сознание скрепляет прошлое и будущее настоящим. Количественная неразличимость моментов чужда сознанию, для которого один миг может длиться вечно. В протяженном потоке сознания моменты времени взаимопроницаемы, они могут нанизываться и укреплять друг друга. Конкретное время – это жизненный поток с элементами новизны в каждом из мгновений. Бергсон сравнивает это время с клубком, который увеличиваясь, не теряет накопленное. А механическому времени можно сопоставить образ жемчужного ожерелья. В механическом времени каждый момент существует сам по себе.

Модель времени как кристаллизованная серия моментов пригодна, в рамках практических задач науки, для создания эффективных инструментов по контролю за ситуациями. Но очевидна неадекватность этой модели для анализа данных сознания и различных его проялений. Бергсон пишет: «Когда я смотрю на циферблат часов и движущиеся в соотвецтвии с колебаниями маятника стрелки, то не время я измеряю, как бы это ни казалось очевидны, - я фиксирую одновременность, а это совсем не одно и то же. Во внешнем пространстве есть только расположение стрелок относительно маятника и при этом ничего от позиций прошлого. Только внутри меня есть процесс организации и взаимопроникновения, образующий реально длящееся время. Лишь благодаря моему внутреннему маятнику, отмеряющему колебания прошлого, я могу ощутить ритм настоящего времени».
Таким образом, Бергсон подчеркивает, что мир сознания и мир вещей радикально отличаются друг от друга. «Вне нас мир есть взаиморасположенность без преемственности, внутри нас есть преемственность без внешней рядоположенности».